Музыка и музыкальные технологии авангарда

Возникновение музыкального авангарда относят к 1908–1909. Показателен тот факт, что декларацию освобождения звука из плена традиции первым опубликовал именно художник – Н.И.Кульбин. Его теоретический трактат «Свободная музыка. Применение новой теории художественного творчества к музыке» был напечатан в Петербурге в 1909 и положил начало радикально новой музыкальной мысли: «Музыка природы: свет, гром, шум ветра, плеск воды, пение птиц – свободна в выборе звуков. <...> Свободная музыка совершается по тем же законам, как и всё искусство природы. Художник свободной музыки, как и соловей, не ограничен тонами и полутонами. Он пользуется и четвертями тонов, и осьмыми, и музыкой со свободным выбором звуков <...>» (Н.Кульбин. Свободная музыка. СПб., 1909. С.7–8).

Отныне нет немузыкальных звуков, и композитор, до сих пор скованный темперацией рояля, должен раскрепостить своё сознание и принимать любой звук в качестве полноценного материала для создания музыкального произведения. Это был громадный скачок в эволюции музыкального мышления, который подразумевал неограниченные возможности композитора.

А.В.Лентулов. Обложка нот Н.А.Рославца «Три этюда для фортепиано» (1914)
Л.С.Термен исполняет музыку на терменвоксе. 1927
Cветовой аппарат А.Н.Скрябина к симфонической поэме «Прометей. Поэма Огня» (1910). Государственный мемориальный музей А.Н.Скрябина, Москва
0 / 0

Одним из первых выходит за рамки традиционной тональности, из правил классической гармонии, которые считались для композитора незыблемыми, А.Н.Скрябин. В симфонической поэме «Прометей. Поэма Огня» (1910) для большого оркестра, фортепиано, органа и хора центральным элементом становится шестизвучный аккорд, из которого рождается и мелодика, и гармоническое развитие. Музыкальный звук в этом произведении рассматривается в единстве с цветовым спектром. Светомузыкальная партитура этого произведения – одна из первых попыток воплощения синтеза искусств в таком жанре, как инструментальная музыка. Скрябину также были близки размышления о расширении гармонического языка за счёт употребления микроинтервалики (интервалы менее ½).

Новая музыкальная эстетика, как и живописная, была связана с историческими предпосылками – всеобщим желанием преобразования мира (в том числе и звукового), с культом научно-технической революции, с верой в проникновение в «иные миры» и духовное преобразование человечества. Переосмысливаются многие основные музыкальные составляющие – звуковысотная система, тембр, гармония.

В отличие от поэтов и художников, композиторы-новаторы не стремились образовывать сообщества. Единственной организацией, собравшей под своё крыло почти всех современных композиторов, в 1923 стала АСМ (Ассоциация современной музыки), которая отражала общие тенденции, а не выделяла какое-то одно направление. Композиторы индивидуально разрабатывали свои идеи и теории иногда параллельными, иногда радикально противоположными методами. В музыкальной науке до сих пор строгая классификация музыкальных направлений авангарда не выработана, но обнаруживаются некоторые общие определения для различных авангардных музыкальных практик.

Композиторов, главным ориентиром которым служили музыкальные идеи Скрябина, иногда называют «постскрябинисты». К ним принято относить А.С.Лурье, Н.А.Рославца, С.В.Протоповова, И.А.Вышнеградского, Н.Б.Обухова, М.В.Матюшина. Музыку большинства из этих композиторов ближе всего принимало и понимало сообщество поэтов и художников-футуристов.

Профессиональный скрипач и художник Матюшин – автор музыки к футуристической опере «Победа над Солнцем» (её партитура сохранилась лишь фрагментарно). Известно, что звуковой ряд этого произведения включал, например, грохот пушечной канонады, шум работающего мотора. Вслед идеям Скрябина Матюшин написал ряд научных трудов – «Этюды в опыте четвёртого измерения (Живопись, скульптура, музыка и литература)», «О звуке и цвете». Сочинил музыку для «Побеждённой войны» А.Е.Кручёных (1914) и серии музыкальных театральных постановок на основе произведений Е.Г.Гуро «Небесные верблюжата» и «Осенний сон» (1920–1922). Он также использовал звуковые «микроструктуры», разрушая традиционную темперированную систему. Матюшин занимался и проблемами акустики и технических возможностей инструмента. В 1916–1918 работал над созданием нового типа скрипки.

Место «председателя земного шара от секции музыки» закрепилось за Лурье. Композитор пытался «перевести» на язык музыки многие эксперименты художников-авангардистов: фортепианный цикл «Синтезы» (1914), «Формы в воздухе» (Посвящение Пабло Пикассо) (1913). Нотная запись «Форм в воздухе» может быть отнесена к феномену «музыкальной графики» – отменена тактовая черта, музыка свободно расположена на нотном пространстве, подобно геометрическим фигурам кубистов; непривычное сочетание диссонансов, политональное параллельное движение голосов, полное отсутствие метра. Кроме нового гармонического и мелодического к реформаторским достижениям Лурье относятся опыты использования микроинтервалики.

Близкий друг К.С.Малевича и многих художников-авангардистов, Рославец создаёт в эти годы новую систему организации звука, давшую «полный простор для выражения художнической личности композитора». В её основе лежит так называемый синтетический аккорд, который, являясь базой для построения как мелодики, так и аккордики, заменял старую классическую тональность, заложив основы сериальной техники.

Рославец пришёл к открытию «гармониеформ», «ритмоформ» и новой полифонии, подчёркивая, что творческий акт – это не «мистический транс», а момент высшего напряжения человеческого интеллекта. Рославец не был «пролетарским» композитором в том смысле, что «не писал для масс “скверной” музыки» (Н.А.Рославец. О себе и своём творчестве // Сб. «Русский авангард и Брянщина». Сост. М.Е.Белодубровский. Брянск, 1998. С.94), но твёрдо верил, что когда-нибудь его искусство (симфонии, квартеты, трио) пролетариат назовёт своим. Произведения этих лет – Первый струнный квартет (1913), симфоническая поэма «В часы новолуния» (ок. 1913), «Ноктюрн» для арфы, гобоя, двух альтов и виолончели (1913), Третий квартет (1920), пять прелюдий для фортепиано (1921–1922) и другие.

Композитор Протопопов, опираясь на систему ладов крупного музыкального теоретика Б.Л.Яворского, создал авангардный для того времени музыкальный стиль. В музыке Протопопова лады Яворского трактуются таким образом, чтобы образовывались многозвучные гармонические комплексы, для получения диссонантной красочной гармонии, непривычной для слуха, воспитанного на классической диатонике. В каждом сочинении главенствует определённый звукоряд, такой как, например, лад тон-полутон или другие горизонтальные звукоряды. Следование теории Яворского в плане гармонического языка органично сочеталось с собственной оригинальной музыкальной эстетикой, образно отсылающей к символистам, метафизическому космизму супрематистов. В своём авангардном творчестве Протопопов обращался к трём жанрам – фортепианной сонате, романсу и вокальным произведениям, сочинённым на тексты народных сказок. Главный масштабный труд – завершение неосуществлённого «Предварительного действа» Скрябина по сохранившимся фрагментам музыкальных эскизов и его литературному тексту (1948).

К микрохроматическим произведениям Вышнеградского относятся «Медитации на две темы из Дня Бытия», «Четыре фрагмента» с подзаголовком «Опыт прозрения в четвертитоновую музыку», «Скорбная песнь и этюд» (все – 1920-е) для скрипки и фортепиано. Его духовно-мистическое отношение к творчеству отображено в раннем сочинении «День Бытия» (1917) для чтеца и оркестра, на текст индуистской поэзии, повествующий о зарождении космического сознания. Композитор занимается поисками нового звукового пространства. Понятие «тембр» становится у Вышнеградского неким универсальным инструментом для воплощения новой звуковой эстетики, отражающей непрерывное стремление композитора к абсолютной космической гармонии. В 1920 вместе с чешским композитором Алоисом Хабой Вышнеградский изобрёл четвертитоновое фортепиано с двумя клавиатурами.

Идеи микротоники позднего Скрябина нашли свою мистическо-космическую реализацию также у Обухова. На несколько лет раньше Арнольда Шёнберга в трактате «Абсолютная гармония» он разработал концепцию 12-тоновой атональной техники (1914), около 1915 – изобрёл свою систему музыкальной нотации. В сочинениях 1917 использовал электроакустические инструменты «Кристалл» и «Эфир», в 1929 – «Croix sonore» («Звучащий крест») созданные им по принципу терменвокса. Из ранних сочинений – «Иконы» (1915), «Шесть молитв для фортепиано» (1915), «Три литургические поэмы на слова К.Д.Бальмонта» (1918–1921). В 1946 издал «Трактат о гармонии тональной, атональной и тотальной».

После революции поиски авангардного музыкального языка затрагивали сферу не только внутренних форм, но и внешнего содержания. В проектах Пролеткульта широкое применение получила музыка «металла и станков», где музыкальными инструментами были огромные молоты, бившие в стальные листы, имитируя тяжёлую поступь победившего пролетариата и наступление новой эры коммунизма. В 1920-е музыка машин и урбанистические мотивы получают явный художественный приоритет. Такие корифеи, как С.С.Прокофьев (балет «Стальной скок») и Д.Д.Шостакович (балет «Болт»), тоже вводили в партитуры партии тяжёлой индустрии (паровозные гудки, щёлканье приводных ремней). Индустриализация как главная хозяйственная задача страны вызывала желание заявить о высшей ценности обещающих большие перемены звуках. Появляются композиторы, метод которых можно сравнить с живописным футуризмом, хотя в музыковедческой литературе за ним закрепилось определение «музыкальный конструктивизм».

Секретарь Ассоциации современной музыки (1924) Л.А.Половинкин в 1920-е был одним из лидеров раннего музыкального конструктивизма. Характерны его фортепианные «Происшествия» (7 пьес. 1920–1025) и фокстрот «Электрификат» (1925), Танцы передвижений (1930), «Телескоп I (II, III, IV)» (4 пьесы для оркестра. 1926–1930), отличавшиеся смелостью, изобретательностью гармонических и оркестровых средств. В 1927 объектом уничтожающей критики стал 4-й акт балета «Четыре Москвы», заказанного в 1926 четырём композиторам: Половинкину, Ан.Н.Александрову, Шостаковичу и А.В.Мосолову.

Известность композитору Мосолову принесла пьеса «Завод. Музыка машин» (фрагмент незавершённого балета «Сталь», 1926–1928) – симфонический эпизод, посвящённый К.С.Сараджеву, где средствами большого оркестра имитируется одновременная слаженная работа множества механизмов, а также вокальные пьесы «Четыре газетных объявления (из „Известий“ ВЦИКа)» (1926), которые вызвали большой интерес как в СССР, так и за рубежом.

В.М.Дешевов в 1926 написал фортепианную пьесу «Рельсы» – одно из первых в советской музыке воплощений индустриальной, «машинной» романтики. Несколько произведений, близких к музыкальному конструктивизму, создал композитор А.С.Животов – «Сюита» для большого оркестра (1928), «Фрагменты» для нонета (1929).

Оригинальный метод сочинения музыки предложил И.М.Шиллингер – советский и американский композитор, музыкальный педагог и музыковед, поэт, математик, художник, скульптор, фотограф, один из лидеров АСМ. Его фундаментальные труды «Система музыкальной композиции Шиллингера» и «Математические основы искусств» имеют основания считаться конструктивистскими, хотя в своих книгах он призывает не к «поэзии машины», а к новой организации творческого процесса – музыкальной инженерии, где создание музыки происходит через математические алгоритмы. Концепция моделей (или фигур) стала основополагающей в его теории. Эти модели в приложении к длительностям, высотам и другим параметрам и создавали ритмические мотивы, мелодику и так далее. Тексты его книг футурологичны, пронизаны отсылками к будущему, идёт ли речь о новых видах искусства, о музыке, сочиняемой по новым правилам, или о гипотетических музыкальных инструментах.

Неотъемлемой частью эстетики раннего музыкального авангарда является шумовая музыка. В отличие от музыки конструктивистов, пытающихся имитировать немузыкальные звуки (шум, скрежет), шумовая музыка пользуется палитрой «оригинальных» звучаний. Эксперименты с театральными шумами и шумовыми оркестрами в Проекционном театре С.Б.Никритина, Мастфор (театральной мастерской Н.М.Фореггера), Первом рабочем театре Пролеткульта С.М.Эйзенштейна в начале 1920-х привели к массовому увлечению шумовой музыкой и шумовым оркестром. Новая музыка должна была охватить реальные шумы эпохи механизмов – ритм машин, шум большого города и фабрики, треск приводных ремней, грохот двигателей и пронзительных звуков автомобильных сирен.

Авангардный композитор А.М.Авраамов (Краснокутский) создал знаменитую «Симфонию гудков» (1922–1923). Она была исполнена в полном составе «оркестра» в Баку (7 ноября 1922) и в Москве (7 ноября 1923). Вместо музыкальных инструментов Авраамов использует настоящие звуки города. «Инструментами» оркестра стали заводские трубы, свистки паровозов и пароходов, пролетающие самолёты, пулемёты заменяли малые барабаны, а крупная артиллерия – большие. Сам автор дирижировал «оркестром» с вышки.

Энтузиасты стали строить специальные шумовые инструменты, составляющие шумовые оркестры, чтобы донести до публики «настоящую новую музыку». Увлечение шумовыми инструментами было столь серьезно, что многие изобретатели патентуют новые звуковые машины, предназначенные специально для исполнения шумовой музыки. Уже в 1916 Дзига Вертов проводил первые опыты в области звуковой поэзии и искусства звука: «У меня возникла мысль о необходимости расширить нашу возможность организованно слышать. Не ограничивать эту возможность пределами обычной музыки. В понятие “слышу” я включил весь слышимый мир. К этому периоду относится мой опыт по записи звуков лесопильного завода» (Дзига Вертов. Как это началось? // Из наследия. Т. 2. М., 2008. C.557). В 1929 Вертов производит первые в мире полевые записи звука (железные дороги, станции, улицы, трамваи) с помощью оборудования, специально сконструированного изобретателем А.Ф.Шориным для съёмки фильма «Энтузиазм. Симфония Донбасса» (1930–1931). Композитор фильма Н.А.Тимофеев, шумовик – Вертов. Звуковая дорожка этого фильма, определённого автором как «симфония шумов», стала первым опытом в эстетике «конкретной музыки» (фр. musique concrète) – направления, давшего импульс развитию современной электроакустической музыки.

Одним из самых известных «технологов шума» был актёр В.А.Попов. Он изобрёл бесконечное количество приборов и приспособлений, при помощи которых мог решать самые сложные звуковые задачи, создавая «вторую жизнь» за сценой – гроза и ветер, дождь и пение птиц, топот копыт и рёв толпы. В конце 1920-х Попов был пионером активно развивающегося радиотеатра, а в 1931–1932 стал одним из ведущих мастеров шумового оформления кинофильмов, работая в составе бригад, включавших, как правило, композитора, шумовика и технолога. Так, музыку к первому звуковому фильму режиссёра А.В.Мачерета, снятого на киностудии «Мосфильм», «Дела и люди» (1932) создавали композиторы В.Я.Шебалин и С.Л.Германов, композитор-шумовик Н.Н.Крюков, а шумовиком-технологом был Попов. Ассистент режиссёра М.И.Ромм вспоминал: «Со звуком вообще мы производили невероятные эксперименты. <...> Музыка должна была сопровождаться шумами и рождаться из них. <...> Писалась сложнейшая партитура, разбитая на кадры по тактам, точно по метроному устанавливался ритм. Потом приходилось монтировать эти резаные куски музыки, речи и шумов в единое целое. Это была работа немыслимая по сложности. <...> Вдобавок ко всему В.А.Попов разработал для нас шумовую симфонию. Десятки шумовиков гремели, лязгали, свистели, гавкали, гудели и брякали разными деревяшками и железяками» (М.Ромм. … Обязан своей карьерой в кинематографе // Избранные произведения. М., 1982. С.119–125).

Звуковая авангардная сторона отечественного кинематографа начала 1930-х недостаточно оценена и плохо исследована. В начале первой пятилетки была ужесточена цензура и многие звуковые фильмы периода 1931–1934 были «репрессированы» и бесследно исчезли.

Параллельно шёл другой процесс «музыкальной революции» – технический, создавались передовые музыкальные технологии, опередившие время на несколько поколений вперёд.

Главный изобретатель музыкальных технологий будущего – физик и профессиональный виолончелист Л.С.Термен. Создатель первого в мире электронного музыкального инструмента «терменвокс» (1919–1920), платформы-антенны «терпситон» (1931), первой в мире ритм-машины «ритмикон» (1932) и многих других изобретений. Терменвокс – единственный инструмент, на котором играют, не прикасаясь руками. Управление звуком происходит в результате свободного перемещения рук исполнителя в электромагнитном поле вблизи двух металлических антенн, отсутствует фиксированный звукоряд. Терменвокс – прообраз многих последующих инструментов, рассчитанных на исполнение микротоновой музыки. Терпситон – первый в мире инструмент, позволяющий создавать музыку при помощи пластики танцора. Ритмикон предназначен для формирования любых ритмических структур. Для отсчёта ритма в инструменте используется оригинальный механизм (источники света и вращающиеся диски с отверстиями). На своих лекциях-концертах Термен рассказывал о технологиях, которые позволят создавать музыку в сочетании с цветом, жестом, обонянием и осязанием.

Композитор Авраамов (Краснокутский) изобрёл «смычковый полихорд», создал собственную сорокавосьмитоновую «универсальную» тональную систему. В 1916 в статье «Грядущая музыкальная наука и новая эра истории музыки» (Музыкальный современник. 1916. №6. Февраль) он формулирует идею синтетической музыки и предлагает физическое воплощение идеи – получение синтетического звука средствами аддитивного синтеза (метод, основанный на сложении обертонов), а также методом, напоминающим современную технику физического моделирования звука. В 1929 Авраамов, конструктор Е.А.Шолпо и режиссёр-аниматор М.М.Цехановский в процессе работы над одним из первых советских звуковых фильмов «Пятилетка. План великих работ» пришли к идее техники графического (рисованного) звука, позволявшей методом искусственного создания графики звуковых дорожек на киноплёнке синтезировать любые звуки, эффекты, записывать сложные полифонические произведения.

Ещё летом 1917 в своём эссе «Враг музыки» (частично приводится в сб. Киноведческие записки. М., 2001, №53. С.334) Шолпо сформулировал концепцию «механического оркестра» – инструмента, точного прообраза синтезатора АНС (аббревиатура А.Н.Скрябин), созданного сорок лет спустя Е.А.Мурзиным (режиссёр А.А.Тарковский использовал его в своём фильме «Солярис»), а также подробно описал воображаемое музыкальное произведение, предсказав направление современной спектральной музыки 1980-х. В 1930–1931 Шолпо разработал и сконструировал прообраз музыкального компьютера «Вариофон» – музыкальный «станок» для композитора, позволявший создавать полифонические мультитембральные композиции без участия исполнителя. Коллега Шолпо – акустик, художник по профессии, – Б.А.Янковский в начале 1930-х занимался созданием новой разновидности аддитивного синтеза звука, опираясь на исследования структурных сходств и различий спектров звуков разного характера. В основе метода были заложены принципы, которые будут «открыты» только в середине 1980-х в результате развития компьютерных музыкальных технологий. К числу новаторов относится также Н.В.Воинов – автор техники «бумажного звука» – создания искусственных звуковых дорожек методом сложения профилей звуковых волн, вырезанных вручную из бумаги.

Многие изобретения оригинальных музыкальных инструментов и разработок 1920–1930-х, существующие в виде патентов и описаний (иногда не сохранившие имя автора) предвосхитили новейшую музыкальную эстетику и технологии XX–XXI веков.

Литература:
  • С.Протопопов. Элементы строения музыкальной речи. Ч.1–2. М., 1930–1931;
  • The New Grove. Dictionary of Music and Musicians. London–Washington, 1980;
  • М.П.Прянишникова, О.М.Томпакова. Летопись жизни и творчества А.Н.Скрябина. М., 1985;
  • А.В.Мосолов. Статьи и воспоминания. М., 1986;
  • Т.Левая. Русская музыка начала XX века в художественном контексте эпохи. М., 1991;
  • Ю.Н.Холопов. Артур Лурье и его фортепианная музыка [1992] // Артур Лурье. Произведения для фортепиано. М., 1993;
  • Русский авангард и Брянщина. Статьи, исследования, публикации. Сост. М.Е.Белодубровский. Брянск, 1998;
  • Ю.Н.Холопов. Кризис музыки XX века в ритме циклов истории // Искусство и наука об искусстве в переходные периоды истории культуры. М., 2000;
  • И.С.Воробьёв. Русский авангард и творчество Александра Мосолова 1920–1930-х. СПб., 2006;
  • Светлана Савенко. История русской музыки. От Скрябина до Шнитке. М., 2008;
  • А.А.Ровнер. Сергей Протопопов – малоизвестный русский композитор и теоретик первой половины ХХ века // Музыковедение. 2009. №1;
  • A.Smirnov. Boris Yankovsky. Leben im Klangspektrum. Gezeichneter Klang und Klangsynthese in der Sowjetunion der 30er Jahre. Klangmaschinen zwischen Experiment und Medientechnik. Austria, 2010;
  • A.Smirnov, L.Pchelkina. Russian Pioneers of Sound Art in the 1920s. // Red Cavalry. Creation and Power in Soviet Russia between 1917 and 1945. [Catalogue] Madrid, 2011.;

Архивы:
  • РГАЛИ. Ф.2659 (Рославец). Ф.863 (Скрябин). Ф.232 (Лурье). Ф.2075 (Мосолов);
  • частный архив М.Е.Шолпо;
  • частный архив А.И.Смирнова; архив «Термен-центра» при МГК им.П.И.Чайковского;
  • архив ГЦММК им.М.И.Глинки.;

Автор статьи: Л.Р.Пчёлкина, А.И.Смирнов