Предельно упрощённый шрифт, знаки которого сведены к прямоугольной форме, как правило, ограничены по составу прописным начертанием и обладают единой толщиной штриха; важнейший атрибут конструктивистского стиля в оформлении печати, средств наглядной агитации, кинотитров, архитектурных сооружений (см.: Конструктивизм в печати). Палочный шрифт имел тенденцию к одноширинности знаков, к соотношению высоты и ширины знака 5/3, строго одинаковым межбуквенным пробелам; нередко строился с небольшими скруглениями по углам букв и цифр. Его называли по-разному: прямоугольным, квадратным, каменным, ленточным, брусковым, но чаще именно палочным. Выразительность термина подкрепляется ассоциацией с монументальными надписями на конструктивистских зданиях – самые крупные архитектурные буквы обычно выполняли из деревянных реек. Несмотря на унифицирующую простоту конструкции, палочный шрифт менял свой облик от случая к случаю. И хотя это разнообразие было лишено какой-либо органической основы, он обретал разную выразительную силу. Вялые шрифты московских пионеров конструктивизма решительно проигрывают экспрессивным шрифтам какого-то неизвестного бакинского дизайнера (см.: Агитмассовое искусство Советской России. Материалы и документы. 1918–1932. М., 2002).

Судя по наиболее ранним примерам использования в печати (1922), палочный шрифт зародился в стенах Вхутемаса (А.М.Родченко, А.А.Борисов, Г.Г.Клуцис). Его не слишком искушённых в шрифтовой культуре создателей заботила идея доступности шрифта не только массам, но и (подсознательно) им самим. Палочный шрифт получил широчайшее распространение в СССР, превратился в графический знак эпохи Нэпа. Его стихийная культура подпитывалась прежде всего обширной практикой, а также многочисленными публикациями по наглядной агитации, стенной печати, рекламе. Шрифтовая «палка» беспощадно била по кривым линиям и «завитушкам» правильного (традиционного) шрифта. Бой шёл под флагом геометрической чистоты, чёткости, простоты реализации. Прямоугольные знаки действительно удобно чертить и компоновать – плотно и враспор – на отведённой прямоугольной площадке. Что касается представления о чёткости, то оно было и остаётся натяжкой. Ибо различимость знаков (а это и есть чёткость) несовместима с тем их однообразием, к которому неминуемо ведёт «опрямоуголивание». К тому же ни пионеры конструктивизма, ни их многочисленные последователи обычно не заботились о «сделанности», которая подобает палочному шрифту по определению, к которой зовёт простейшая геометрия знака. Случайные колебания толщины штриха, слабо мотивированные отклонения от начертательной схемы, непоследовательность в скруглении углов, несогласованность между внешними и внутренними скруглениями – всё это, как правило, лишало палочные шрифты внутренне подобающего совершенства.

Г.Г.Клуцис. Внешний вид журнала. «Горн» (М., Пролеткульт, 1923)
Оформление входа на выставку «XV лет РККА». 1933. Москва
0 / 0
Литература:
  • Владимир Кричевский. Обложка. Графическое лицо эпохи революционного натиска 1917–1937 (глава «Конструктивизм-1: наивный»). М., 2002;
  • Владимир Кричевский. Борр (глава «Шрифт дцатых»). М., 2004.;

Автор статьи: В.Г.Кричевский